Воскресенье, 11.04.2021, 19:17
 Главная



| RSS
Меню сайта
Категории раздела
Краска... [0]
Полезная инфа о краске...
Биографии райтеров... [8]
Главная » Статьи » Биографии райтеров...

галерея "Тенгри Умай"
ГРАФФИТИ
казахстанско-американский проект
26 – 29 сентября 2008


Справка

Граффити стихийно вторглось в облик городов в конце XX века. Это альтернативный вид искусства, существующий почти во всех странах мира и постоянно пополняющийся все новыми рядами художников и поклонников. Для ряда поколений молодежи, работающей в этом направлении, граффити из простого способа самовыражения давно превратилось в нечто большее: это и образ жизни, и язык общения, и идеология. Сами художники граффити называют себя райтерами, если они действуют легально, или бомберами, если это нелегальные художники, чьи работы как раз официально и расцениваются как вандализм.

Граффити является одной из главных составляющих движения хип-хоп, в основе которой лежит рэп. В этом смысле граффити стало визуальной формой выражения хип-хоп культуры, также как брейк-данс – физической. Фактически, граффити – очень неоднородное явление, с динамичной историей, с разнообразием стилей, программ и идеологий. Оно эволюционирует, находясь в постоянном диалоге с социальной и городской средой. Эстетика и приемы граффити сегодня используются в рекламе, дизайне, видео, влияние этой эстетики прослеживается в различных формах «высокого», или легитимного, современного искусства.



фото Олега Л.



О проекте

Граффити в Казахстане появилось в начале 90-х в среде брейк-дансеров под влиянием молодежной моды на хип-хоп. Все начиналось со стихийных и весьма разрозненных попыток сделать что-то подобное тому, что на ходу узнавалось о хип-хоп культуре Запада. Как-то незаметно граффити стало различимо в городском пространстве, образовалась довольно большая группа райтеров, у них стал действовать свой сайт, постоянно обновляемый. Сегодня уже вполне можно говорить о появлении в Алматы настоящего граффити-сообщества. Очень обаятельно в этих молодых художниках – это бескомпромиссность, такая всепоглощающая страсть к своему занятию. Свобода от запросов и ожиданий публики. Железная взаимоподдержка. Хотя, возможно, это оборачивается тем, что они замкнуты друг на друга. Нам хотелось исследовать эту культуру и в то же время слегка ее разомкнуть. Рассмотреть ее в контексте искусства.

В этом смысле интересным нам показался возможный диалог местных райтеров с художниками с родины хип-хоп культуры – Америки. Проект предложил участникам платформу для высказывания, диалога и рефлексии по поводу граффити и шире – свободы, рынка и современного искусства.

С американской стороны в нем участвовали Даниэль Галлегос и Джеймс Ретано, художники, которые имели за плечами опыт граффити, а также фотограф и режиссер Дэйвон Рамос.

С казахстанской стороны в проекте приняли участие Rafa (Рафхат Чуенбеков), Konan (Куаныш Орынбасаров), Andrew (Андрей Иванов), Rekon (Айдар Джусамбаев), DMN (Дмитрий Мусихин), Наиль Мукумжанов, Mag 13 (Айнура Магеррамова), Sketch (Максим Гусев), A10 (Александр Гришкеев), Simba (Сергей Цой).

Общественный фонд «Тенгри-Умай» благодарит за оказанную поддержку Акимат г. Алматы, Акимат Алмалинского района, Посольство США в Казахстане,
компании «Кока – Кола Алматы Боттлерс» и «EFES».

Мы также благодарим студентку Академии искусств Малику Алиеву за помощь в подготовке и организации проекта.


Программа

26 сентября
12:00–17:00 Райтинг во дворе Казахтелекома
18:00–20:00 Открытие выставки Дэйвона Рамоса «Красота по-американски». Фотография, фильмы. Обсуждение. Галерея «Тенгри-Умай»

27 сентября
11:00–17:00 Райтинг во дворе Казахтелекома
18:00–21:00 Просмотр фильмов Дэйвона Рамоса и анимации Джеймса Ретано. Обсуждение. Галерея «Тенгри-Умай»

28 сентября
12:00–15:00
Райтинг, выступление музыкальных команд ALISHMAN, Мuzafar, B. SITO, Mc Des, YELLOW на Арбате
18:00–20:00 Обсуждение проекта

29 сентября
13:00–15:00
Мастер-класс по анимации и документальному кино для студентов кинофакультета. Джеймс Ретано, Дэйвон Рамос. Национальная академия искусств им. Жургенова



Интервью с Даниэлем Галлегосом, Джеймсом Ретано, Дэйвоном Рамосом и – с казахстанской стороны – Наилем Мукумжановым и Куанышем Орынбасаровым (Konan)

Почему вы начали заниматься граффити? Или, если удобно, как вы пришли к граффити?

Даниэль: В 80-х на всем западном побережье Америки был очень моден хип-хоп, это был бум хип-хоп культуры, и тогда было очень романтично заниматься граффити. Хотя я художник по образованию, я пошел на поводу у этой моды. Вообще, когда мы с Джеймсом начали заниматься граффити, мы были уже третьим поколением художников. Граффити уже существовало в Нью-Йорке, но только после того, как оно стало популярным на западном побережье, в Калифорнии, оно стало по-настоящему международным. Может быть, мы были первыми, кто стал заниматься граффити на западном побережье. На самом деле в моем городе уже было граффити и до этого, но в основном гангстерское, криминальное. Правда, тогда мы толком даже не знали, что делают на другом краю города. Казалось, что мы делаем что-то невероятно свежее. Чем старше мы становились, тем больше разрасталось это сообщество. На меня очень повлиял документальный фильм «Style Wars», это был первый фильм, посвященный граффити. И где-то в то же время вышла книга «Subway Art». Для нас это стало библией. Когда я посмотрел этот фильм и эту книгу, все, что я хотел делать, это граффити. А еще я хотел сказать, что весь кайф 20 лет тому назад был делать это в запретных местах и потом убегать без оглядки.

Джеймс: Мои родители из Нью-Йорка. Когда я был маленьким, там в подземке были такие классные граффити, и продавались комиксы, книжки в этой стилистике. Это было что-то вроде приключения для меня. Это было что-то потрясающее! И еще я понимал, что это очень коммерческое искусство. Т.е. в этом был удивительный компромисс – при том, что ты делаешь максимально искренне, это очень коммерческое искусство.
Konan: В начале 90-х никакого сообщества граффити не было, но возникла мода, были ребята брейк-дансеры и среди них те, кто умеет рисовать. О граффити толком никто ничего не знал, только то, что это надписи на стенах. Потом сюда начали привозить кассеты с брейк-дансом, я впервые увидел граффити в одной такой записи. Это было соревнование по брейк-дансу в Германии, и там же рядом на щитах рисовали граффити. Стали знакомиться с этой культурой, и оказалось, что это не просто брейк-данс, не просто рэп, это целое направление, которое включает в себя очень многое, в том числе и граффити. С этого и пошло. Танцы, рэп, хип-хоп, так это за душу взяло, что я понял, я тоже хочу это делать. Сначала на бумаге эскизы рисовал. А потом нам пришло объявление в университет – конкурс граффити. Я сразу сорвался, приезжаю – никого нет. Я оказался один. Организаторы мне купили краску и сказали: делай все, что хочешь. Это был клуб «Мотор», они клуб хотели оформить. Моя первая работа была Konan. С этого все и началось. Потом самостоятельные работы стал делать.

Наиль: Вообще, я никогда не занимался граффити. Но в последнее время стал рисовать на улицах, не потому что мне это нравится, а потому что просто напросто выставляться художнику достаточно проблематично. Это, во-первых, большая ответственность, во-вторых, надо коммерчески вкладываться, нужно покупать холст, тянуть его, потом его надо кому-то представлять, потом нужно еще много-много-много всяких мелочей, которые могут повлиять на твое творчество. А на улице ничего не нужно, просто выходишь, берешь баллон и рисуешь то, что тебе хочется. В этом смысле, для меня граффити – это не какой-то искусственно изобретенный стиль, а просто вынужденный ответ той коммерческой ситуации, которая складывается на данный момент вокруг большинства художников. Не у всех есть миллионы в кармане и не каждый может позволить себе арендовать галерею, купить холсты и т.д., и т.п. На улице ничего этого не нужно, это совершенно бесплатная выставка, тем более, что ты можешь ее тиражировать. Самое главное, что та аудитория, к которой ты обращаешься, на самом деле сейчас не очень ходит в галереи, а по улице она все равно ходит.
Мы связываем граффити с молодежной субкультурой, с культурой улицы. В этом смысле граффити ассоциируется прежде всего с некой личной свободой, с андеграундом, с вызовом, с пространством неподконтрольности. В то же время понятно, что в самом граффити существуют довольно жесткие стилевые рамки, такие каноны граффити, которые очень немногие переходят. И складывается впечатление, что внутри большой тоталитарной культуры, жестко заданной, скажем, рынком, сформирована маленькая тоталитарная культура, которая как бы ей сопротивляется, но сама сформирована по тем же законам. То есть изначально она очень ограничена в свободе определенными стилями, отношениями и стереотипами внутри себя. Так ли это?

Даниэль: Я думаю, да. Думаю, это классное наблюдение. Да, конечно, граффити не совсем свободно. Единственная свобода в том, что это можно делать, где ты хочешь…
На самом деле, когда ты молодой, ты рисуешь граффити просто потому, что ты любишь рисовать граффити, а когда ты становишь старше и развиваешь свои навыки как райтер, ты становишься все более уважаемым в сообществе и начинаешь зависеть от мнения людей. Обычно молодежь уважает старших райтеров. Это естественно, потому что у старших учатся, и стили переходят из поколения в поколение. Отсюда правила. Это такая преемственность поколений.


Дэйвон: С самого начало граффити было публичным искусством как часть хип-хоп культуры. И первые граффити всегда были политическими, скажем, были направлены против какого-то отдельного политика или политики в целом. Это всегда был голос против. В любом случае, граффити всегда основывалось на противопоставлении, на критике официальной культуры. В последнее время мы видим изменения. Предположим, Бэнкси, который очень коммерчески успешен. Это не означает, что он хуже. Граффити – это часть большой культуры, это целый пласт хип-хоп культуры, у которой свой язык, своя манера рисовать, одеваться, танцевать, петь, все входит в это понятие. В любую страну ты приезжаешь, в Японию или Казахстан, ты встретишь эту культуру. Я думаю, граффити – это часть природы человека. Люди начали писать свои имена на стенах очень давно, это из области истории. И этот момент очень важен. Это настолько первобытное желание проявить себя. Скажем, что такое тэг? Человек пишите на стене свое имя. Он хочет сказать: «Я здесь!». Граффити – это просто язык. Хотя лично мне больше интересны художники, которые выходят за рамки граффити как такового.

Джеймс: Когда мы начинали, не было никаких правил, мы их сами придумывали. Тогда не было ни интернета, никаких официальных изданий, посвященных граффити, и то, что мы делали, это было для нас потрясающим приключением, потому что это ассоциировалось для нас с нашей личной свободой. Хотя... Кстати, вот, посмотрите…

Konan: Свобода в своих пределах. Есть вайлд-сталь, баббл, есть много стилей, я с ними знаком, но никаких стилей не придерживаюсь. В моих работах можно найти переплетения многих стилей, но лично для меня это – каллиграфия на стенах.


Наиль: Я считаю, что многие ребята слишком заморочены на своей технике и своем стиле. Но изначально, я думаю, что граффити изобреталось, чтобы оставлять за собой какие-то сообщения. Оно приобрело некую визуальную форму, красивую или некрасивую, неважно. Но само сообщение ушло на второй план. И вот то, как докатилось граффити до нас, я считаю, не очень правильная форма. Потому что молодые люди гонятся за визуальным образом, не совсем понимая, что они пишут по сути. Какой посыл они несут в этот мир. Получается, если граффити можно сравнивать с каким-нибудь медиа каналом, уже отработанным, как телевидение, радио, журналы и т.д., то этот канал непонятно о чем. То есть в большинстве случаев он просто засоряет мир какими-то непонятными визуальными формами, вот и все.


Казахстанское граффити заимствовало язык у американцев, и при этом, мне кажется, по сути остается очень невнятной формой. Есть ли, на ваш взгляд, у местной граффити-культуры свои специфические черты, свои особенности?

Konan: У американцев своя история, своя судьба. Гангстеры, чернокожие, каждый как будто голос какой-то низшей расы, везде протест, протест, политика... У нас совсем другое дело. У нас человек не зациклен на политике. Нам важно свою культуру выразить. Меня, например, очень интересует историческая тема, восточная культура, наша ментальность. У нас больше орнаменталистики, свои цвета. У нас люди не агрессивные, у нас все мягче, можно так сказать. Я за то, чтобы не было агрессии, чтобы это доставляло радость всем, и американцем, и нашим, всем. Конечно, мы переняли американскую культуру. Мы взяли их культуру и просто показываем ее на свой лад. Их языком – нашу культуру. Во всяком случае, мой интерес состоит в этом.



Это твоя рефлексия на эту тему свободы внутри граффити?

Джеймс: Да. Видите, он все хочет поглотить, и у него на руке повязка, как у фашиста. Просто запарил этот монстр ужасно правильный.

Американское образование – включает ли оно граффити? Если да, то как это соотносится с уголовным правом? То есть как официальная культура в лице художественных школ реагирует на запрет граффити во многих странах?

Дэйвон: Граффити не является частью американского образования. Может быть, кто-то делает нечто подобное в процессе учебы, но граффити как таковому не обучают. Можно рисовать эскизы в блокнотах, но нельзя рисовать на стенах, на улице. Это запрещено. Максимум, что ты можешь узнать о граффити, ты узнаешь на улице.
Извините, но не хочу опускать известный вопрос: «что такое граффити – вандализм или искусство?»
(смех у всех)

Даниэль: Это постоянный вопрос. Я прежде всего художник. И для меня граффити – это современное искусство. Это вечный вопрос – что такое искусство, современное искусство. Если воспринимать искусство как акт, как действие. Я не могу сказать, что такое граффити и что такое искусство, как обозначать эти границы, эти рамки. Художник волен презентовать себя как угодно. Если я делаю искусство и я делаю граффити, значит для меня граффити – искусство. Иногда граффити может быть искусством, иногда нет. Проблема в том, что в граффити очень много протеста.

Почему ты видишь в этом проблему?

Даниэль: Предположим, ты можешь сделать ошибку. Или ты можешь взбесить, разозлить людей, когда помещаешь свою работу поверх чьей-то работы. Ты несешь ответственность за то, что ты что-то закрываешь. Вообще, если копаться в этом вопросе, это то же самое, что спросить, что такое бог.

Джеймс: Граффити зародилось в Нью-Йорке. Оно всегда имеет место в открытом обществе, в фашистском обществе оно маловозможно. И оно всегда неправильно, потому что должно быть неправильно. Молодежи нужна какая-то часть дикой свободы, чтобы выплеснуть себя, свою страсть. Государство, полиция всегда были и всегда будут против граффити, потому что оно – часть этой дикости, это не из порядка вопросов – вандализм или искусство.
Konan: Все в совокупности, все вместе, трудно отделить одно от другого. Каждый мерит на свой вкус. Каждый воспитан по-своему. Я, например, пишу на стенах, на серых стенах. Чтобы люди не видели этих серых стен. Если это памятник, для меня это неприемлемо.


Наиль: Я думаю, вандализмом назвать можно все, что угодно. Когда ты портишь кусок глины, или кусок холста, или какую-то другую поверхность, неважно, и ты не знаешь, что ты делаешь, ты делаешь вандализм. Если ты используешь бумагу и не знаешь, что ты делаешь, ты совершаешь вандализм над бумагой. Потому что надо нести ответственность, прежде чем начать портить лист бумаги или какой-то поверхности. И когда у тебя получается сделать интересное сообщение, когда ты понимаешь, что ты рисуешь, зачем ты рисуешь, тогда это искусство, а когда ты просто портишь бумагу, или забор, портишь автомашину чью-то, и не знаешь, зачем ты это делаешь, тогда это вандализм.

Было ли у вас некое ожидание от Алматы и от встречи с местными художниками? Насколько оно подтвердилось? Озадачило ли вас что-то здесь? Как вы считаете, те райтеры, с которыми вы здесь общались, чем они отличаются от американских райтеров? И в чем схожи?

Дэйвон: Мое ожидание было, или, скажем, меня волновало, будет ли это интересно публике. Меня так сегодня порадовало, что люди проходили мимо и останавливались, и с интересом смотрели, и это было очень хорошо. Не было равнодушных к тому, что происходит. Если совсем честно, везде, где бы я ни видел граффити, они по большому счету ничем друг от друга не отличались. Не было большой разницы. Но сегодня была одна вещь... На оборотной стороне холста кто-то нарисовал какого-то цыпленка, какую-то курицу с какой-то странной ногой, и было написано: «я жрать хочу», что-то такое… Графика такая мощная, похожа на стиль монумента, который около вечного огня. Для меня это была самая сильная вещь из всего, что я здесь видел, для меня это, как Алматы. Наверное, это не было гордостью, раз это было на оборотной стороне холста. В то же время, это ни в какие рамки не входило. Это было очень хорошо сделано, очень профессионально сделано, этот образ. Совершенно без сомнений. Очень ново, и стиль, и подход совершенно не похож на другие.

Было ли у вас некое ожидание от проекта и от встречи с американскими художниками? И оправдалось ли оно?

Konan: Честно говоря, взрыва внутреннего у меня не было – того, что я ожидал. Американцы показали старую школу , такую техничную, стильную, все классно сделано. Это 80-е, может быть, 90-е, но это не 2008-й, не 2010-й! Сделали классно, cool. Я стремлюсь, это не хвастовство, не стремление к славе, доказать, что у нас граффити на уровне, что мы умеем делать, что мы можем достойно на этом языке представлять в мире свою культуру.


Наиль: Я ни с кем почти не общался. И себя к сообществу райтеров не отношу. Хотя я уверен, что это талантливые ребята. И то, что они делают все это, не подразумевая какого-то коммерческого интереса, на который сейчас настроено практически все общество, это, в принципе, похвально.


Работа Наиля Мукумжанова. Фото Вячеслава Ковалева


И еще я хотел сказать, для меня это была просто потрясающая возможность – приехать в Казахстан. Я пошел в Google, посмотрел карту, обнаружил, что он вообще на другой стороне земли. До того я даже не знал, где Казахстан находится. Меня предупреждали, что будет ужасно все другое, абсолютно другое. Но что самое классное, я здесь оказался на равных, я имею ввиду, что я нахожу здесь людей, которым я интересен, и которые мне интересны. Вот так осознаешь, что любая хорошая музыка, любое хорошее искусство может быть понято, через него можно общаться.


Даниэль: Сейчас граффити стало международным, и для меня особой разницы нет.

Сауле: Сегодня я слышала, когда вы разговаривали с Конаном, вы говорили, что он использует старый стиль…

Джеймс: Ты все наоборот поняла. Он использует очень новый стиль, 3D. Это мы используем старый стиль. Для нас весь кайф как раз и был в том, чтобы воспроизвести старый стиль. И мы рисовали с эскизом, а он – без… Если о разнице – то сегодня существует интернет, информация доходит везде, где бы ты ни был. 20 лет назад, когда мы начинали, все было по-другому, например, британцы вообще что-то абсолютно другое делали. А сегодня я не определяю граффити как американское искусство. Все имеют доступ к интернету. Граффити родилось в Америке, имеет американские корни. В Филадельфии, в Нью-Йорке была создана основа, фундамент, структура граффити. Но сегодня это мировое искусство. В Мюнхене, в Берлине, в Бремене, я видел потрясающие граффити. Бразилия сейчас вообще самая сильная в этом смысле. Мы нисколько не позиционируем себя как какие-то крутые райтеры с родины граффити, думаю, и ваши художники также спокойно по отношению к нам себя чувствуют.


Сауле: Вы высказались, я тоже хочу высказать свое мнение. Мне кажется, граффити – это как петроглифы, как природа. Как, например, народная музыка или прикладное искусство. В народном искусстве тоже столько жестких рамок, невероятных рамок. Это не значит, что я к нему отношусь плохо. У меня мама всю жизнь посвятила народной музыке. Граффити – это фундамент. Для меня как художника интересно быть над этим. Я хочу прыгнуть, хочу быть одна, сама по себе. Думаю, каждый художник этого хочет.


Интервью брала Маргарита Амвросова

Огромное спасибо Сауле Сулейменовой за участие в интервью в качестве собеседника и переводчика!









Категория: Биографии райтеров... | Добавил: simba (03.04.2009)
Просмотров: 1806 | Комментарии: 4 | Рейтинг: 5.0/3 |
Всего комментариев: 2
0
2 Улан   [Материал]
мой тебе respect конан

0
1 KWOU   [Материал]
))) interesna!

Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа
Поиск
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Copyright MyCorp © 2021 Бесплатный хостинг uCoz